«Миллион и один день каникул» Е. С. Велтистов Часть 2 - Литература - Учебно-методические материалы - Каталог статей - 4 Класс от А до Я
4 Класс
от А до Я
Вторник, 06.12.2016, 11:15
Приветствую Вас Гость | RSS
 3класс - 4класс
Главная Каталог статейРегистрацияВход
Меню сайта
Категории раздела
Русский язык [2]
История [1]
Сочинения [19]
Математика [4]
Литература [59]
Английский язык [4]
Обществознание [0]
ОБЖ [0]
Окружающий мир [2]
Статистика
Форма входа
Партнеры
Тут может находится ваша реклама
Счетчик
Главная » Статьи » Учебно-методические материалы » Литература [ Добавить статью ]

«Миллион и один день каникул» Е. С. Велтистов Часть 2
У истинного короля чесался большой палец, но он помнил о данном слове. И только поняв безнадежность своей позиции, не удержался и залепил щелчок истинному Исилю. Исиль охнул, и король с удивлением заметил: -- Смотрите, он заговорил! В то же время его предпоследничество мизинцем скинул с доски две свои шашки. -- Не жульничайте, -- заметил король-соперник. -- Вы проиграли остров. Теперь Тутик мой. Королевский сад с прозрачными наливными яблоками улетучился на глазах Мышука. И бывший владелец Тутика с отчаянием в голосе спросил: -- Почему вы играете в поддавки лучше меня? -- Вероятно, потому, -- отвечал новый хозяин острова, -- что у меня больше опыта. -- Когда вы играли в последний раз? Победитель взглянул на часы: -- Два дня, два часа и сорок минут назад. -- В воскресенье? -- В воскресенье. В собственном дворце. -- Странно, я тоже играл в воскресенье. -- Экскороль развел руками. -- Но турнир проходил ровно три дня, два часа и сорок минут назад. Сегодня у нас среда. -- Вторник. Минут десять спорили короли, пока у победителя не иссякло терпение. Взмахом усов указал он на дверь: -- Прошу удалиться с моей территории. Мышук взял свой чемодан и поплелся к выходу. У порога он обернулся. -- Скажите, зачем вы сменили табличку? -- Слово "предпоследний" в своем титуле считаю оскорбительным. -- Новый король поднял палец. -- Сегодня предпоследний, а завтра... Понимаете? Хотя вы ловко загримировались под меня, я прощаю вас... Изгнанный Мышук возмущенно хлопнул дверью. Он сделал всего один шаг и уперся усами в дверь капитанской каюты, не понимая, почему сокращаются коридоры в этом странном космосе. ГЛАВА ДЕВЯТАЯ, в которой действие происходит в петле времени Король ворвался без стука к капитану, бросил свой чемодан и замер. Перед ним были два одинаковых человека в кителях с нашивками. -- Простите, кто из вас Вегов? -- тяжело дыша, спросил Мышук. -- Я, -- ответили хором капитаны. -- Что случилось? Король плюхнулся в кресло. Исиль замер рядом. -- Я только что проиграл Тутик какому-то нахалу с моими усами... Уверяю вас, это лжекороль. Один из Веговых представил второму Мышука: -- Пассажир из девятой каюты. По происхождению король. -- Не знал, что в космосе можно встретить короля, -- улыбнулся двойник капитана. -- Прошу принять меры! -- настаивал король. -- В конце концов, кто из вас настоящий капитан? Веговы, весело попыхивая трубками, смотрели на короля. Потом один из них спросил: -- А какие, собственно, принять меры? -- Установить личность и изгнать самозванца с корабля! Веговы переглянулись. -- Постарайтесь понять ситуацию, -- серьезно сказал капитан, который сидел ближе к королю. -- Я Вегов-сегодняшний, а он Вегов-вчерашний... Черная дыра, о которой вы знаете, искривила наш путь, и мы как бы вернулись во вчерашний день. -- Петля времени? -- воскликнул Мышук. -- Шутка природы! А я решил... -- И король от души громко захохотал. Наконец-то он догадался, что проиграл Тутик себе! -- Прошу извинить за беспокойство! -- Король подмигнул капитанам, привел в порядок усы. -- Он, вчерашний Мышук, не знает, кто я такой. Ну и потеха! Пойду отыгрываться!.. И король, подав знак Исилю, удалился. Однако нет ничего удивительного, что Мышук не узнал себя. За всю историю космоплавания не многие земляне встречались с двойниками, попадая в пространство и время с особыми свойствами. Известно, что возле массивных космических тел, например вокруг Земли, любой снаряд, спутник, корабль летит под действием силы тяготения по кривой линии. Но его путь считается прямой линией в искривленном пространстве. Как же сильно искривляет пространство и время гигантская звезда, уплотненная до малых размеров! Возле черной дыры, бывшей когда-то в тысячу раз больше Солнца, свойства пространства и времени могли оказаться гораздо сложнее, чем это представлялось раньше людям. Во всяком случае капитан Вегов не очень удивился, застав в каюте самого себя. Он объяснил вчерашнему Вегову обстановку, и они вместе стали размышлять, что делать дальше. -- Петля времени, как я подозреваю, только начало фокусов черной дыры, -- сказал Вегов-сегодняшний. -- Не будем терять времени. -- Время в данном случае исчезло, обратилось в пространство. А искривленное пространство совместило наши корабли, -- высказал предположение Вегов-вчерашний. -- То, что для вас "сегодня", для меня -- "завтра", а сам я для вас -- "вчера". Впрочем, "сегодня", "вчера", "завтра" -- очень условные понятия: в любой момент вы или я можем исчезнуть. Давайте думать, как миновать дыру. Ведь и я попаду вскоре в ту же историю... "Можно ли миновать черную дыру, пронестись над самой поверхностью звезды? -- такую задачу задали капитаны электронному мозгу корабля. -- Хватит ли мощности двигателей?" Машина принялась решать задачу, а капитаны задавали ей вопросы. Казалось бы, все просто: вот она -- черная дыра -- светится на экранах в форме диска. Это солнечный ветер летит непрерывно в дыру и гаснет, образуя серебристый ореол. Так поглощаются все ближайшие звезды. Но куда все уходит через черную дыру? Куда втекает окружающая материя? В какую мастерскую Вселенной ведут эти таинственные тоннели природы? Что это -- смерть гигантской звезды или рождение нового мира? Машина отвечала: "Нет... нет... нет..." Машина отказалась отвечать: решать такие сложные вопросы ей было не под силу. -- А если отправиться в дыру? -- предположил Вегов-младший. -- Вы полагаете сесть на звезду-карлик? -- уточнил Вегов-сегодняшний и напомнил: -- Ее поверхность жидкая. -- Но ведь никто никогда не проникал внутрь черной дыры! -- воскликнул второй капитан. -- Понимаете? -- Конечно, заманчиво, -- Вегов-старший усмехнулся. -- Окно в неведомый мир перед нами... Но мы будем раздавлены... И не успеем ничего передать оттуда... -- Вспоминаю, -- сказал его двойник, -- что падение с высоты один сантиметр на звезде-карлике в земных условиях равно падению с вершины Джомолунгмы... -- Итак, если нам удастся пролететь мимо дыры даже на высоте в несколько километров, мы останемся живы, -- подытожил капитан "Виктории". В этот момент помощники капитанов доложили по громкосвязи, что корабль "Альфа" вслед за ними делает бросок к черной дыре. Им пришлось придать своему Шару Пути такую же форму, какую имел Шар "Виктории". -- Я не сомневался в этом, -- сказал Вегов двойнику. -- Родители есть родители, -- согласился тот. -- А вы как бы поступили?.. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ, в которой каждый беседует с самим собой Школьники сразу выяснили, кто из них я -- вчерашний, а кто я -- сегодняшний, и не очень удивились этой встрече. Ведь они изучали по астрономии далекие миры и были готовы к любым неожиданностям. Конечно, если ты на улице, в толпе пешеходов, вдруг встречаешь незнакомца, кого-то очень напоминающего, и узнаешь вдруг в нем самого себя, -- это непривычно и удивительно. Среди звезд, в космической пустоте, все воспринимаешь иначе. Петля времени -- даже не зеркальное отражение окружающей обстановки. Все на первый взгляд проще, и все значительно тоньше. Словно исчезает невидимая грань, разделяющая привычные сутки, и вдруг входишь во вчерашний день, как в соседнюю комнату, и видишь человека, от которого тебе нечего скрывать. -- Карен, ты поступил плохо. Корабль сбился с пути, -- сказал Карен-младший. -- Я знаю, что плохо. Мне стыдно, Карен. Я не могу придумать, как мы вернемся. -- Конечно, и я виноват. Я знал о Шаре Пути. Думал о нем всю ночь. Наверно, и я бы не удержался, взял на минуту... Кто мог подумать, что вмешается сначала король, а потом -- крыса... -- Ты не прав, Карен. Я чуть старше тебя и знаю: виноват только я. Я взял Шар, чтоб запустить "Викторию" на границу Вселенной. А получилось... Что будет теперь с ребятами, родителями, вообще с Родительским Днем? -- Олег, ты слышал, что Родительский День отменяется? Мы залетели случайно в какую-то дыру. -- Жаль, что ты не покажешь маме свои новые рисунки. Такие звезды я никогда раньше не видел. -- Первый раз нарисовал совсем новое и не смогу показать маме. До сих пор посылал ей рисунки нашего дома. Ты знаешь, Олег... Да, ты знаешь, сколько я нарисовал разных домов! -- Миллион миллионов домов -- для мамы! И все зря: Родительский День сорвался... Может, мы никогда не увидим теперь маму?.. Будем скитаться среди звезд... -- Я не боюсь звезд! -- И я не боюсь... А все виноват Карен... -- Не говори так! И я, и ты, и он -- все мы виноваты, ведь мы товарищи... ... -- Что бы ты хотела больше всего, Алька? -- Я? Не знаю... Нет, знаю! Я беру ножницы и иду навстречу черной дыре... Понимаешь, Алька? -- Понимаю тебя... Только иди осторожно. Подберись к мертвой звезде поближе. Карлик не должен почувствовать лезвий ножниц!.. -- Вот я подхожу, затаив дыхание... Я знаю: карлик висит на невидимой нити... Раз -- и обрезана! Ура!.. Злая звезда улетает в бесконечность! А мы -- нет! -- Кажется, в вашу честь установили шутливый приз для самого неудачливого игрока? -- сказал, хитро улыбаясь, настоящий Мышук и сделал коварный ход. -- А вы откуда знаете? -- встрепенулся двойник и задумался. Мышук предпоследний с интересом наблюдал за двойником. Что за самоуверенный человек перед ним! Неужели он всерьез считает себя королем? Он, настоящий Мышук, все понимает так, как оно есть. Вероятно, космос действует очень оздоровляюще... -- Кстати, ваше пред... предпоследничество, -- мурлыкал дружески Мышук, -- вы были когданибудь счастливы? -- Был. -- Мышук-вчерашний на мгновение оторвался от доски, смутился. -- Ровно сорок лет назад. У меня родился сын... Но какое это имеет отношение к предмету спора? -- Самое непосредственное. Потому что ровно сорок лет назад у меня родился сын. Наследник Тутика. -- Позвольте, наследник Тутика -- мой сын. Кстати, он здесь, совсем рядом -- среди звезд. -- Любопытное совпадение, -- усмехнулся Мышук. -- Мой сын исследует Конечный космос. А ваш чем занимается? -- Вы суете усы не в свое дело!.. -- Извините, вы проиграли. Тутик -- мой. -- А я пойду жаловаться капитану. Счет ничейный: один-один. Король, великодушно улыбаясь, протянул руку примирения: -- Я дарю вам Тутик, только перестаньте жаловаться! Неужели вы не догадались, что у нас один сын и он летит навстречу?.. ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ, в которой нельзя нарушать ход событий Платон Евсеевич Вегов наконец-то ощутил на плечах свою голову. Машина рассчитала, что "Виктория" сможет облететь черную дыру и снова оказаться в свободном космосе. Маневры корабля были очень сложны. При подлете к горизонту невидимой звезды "Виктория" включала на полную мощность двигатели и как бы повисала над дырой, не пересекая смертельной черты. Падение тормозилось, корабль уходил от опасности. Тотчас же эти расчеты поступили в родительский корабль "Альфа", который следовал за "Викторией". Веговы пожали друг другу руки. -- Надо ли объявлять пассажирам? Состоится ли Родительский День? -- спросил капитан "Виктории". -- Подождем, -- ответил второй Вегов. -- Посмотрим, что еще выкинет космос... Невидимая дыра в светлом ореоле недвижно застыла в центре экрана. Темное пятно стало заметно больше. -- Во всем виноваты мы! -- объявили с порога капитанской каюты два одинаковых мальчишки. -- Мы взяли Шар Пути, -- признались два Карена. -- Передайте, пожалуйста, на "Альфу", нашим родителям Симонянам, чтоб они не теряли времени, возвращались обратно и работали спокойно. Мы не сможем быть на Родительском Дне, пока не найдем Шар. Капитанам достаточно было одного взгляда, чтобы понять, какого мужества стоило бледным, решительным двойникам это заявление. Вслед за Симонянами объявились новые мальчики. -- Мы помогали похитить Шар. Так и скажите нашим родителям Семечкиным. И еще -- что не надо расстраиваться: мы исправимся... А длинноногие девочки-близнецы хором пропищали: -- Неправда! Виновата только я... Я дала подножку королю... -- Чепуха! -- раздались громоподобные голоса, и ребят заслонили густые усы. Это в каюту ворвались Мышуки и наперебой стали объяснять: -- Девочка наговаривает на себя! Шар Пути выронила наша королевская рука, и его тотчас подхватила крыса... Разве не ясно, кто украл Шар? Капитаны молча слушали признания, и глаза у них были совсем не сердитые. Необычный шум привлек всех в коридор. Мимо двойников промчалась крыса с блестящим Шаром в зубах. Ее преследовала серая кошка -- буквально на расстоянии метра от крысиного хвоста. За кошкой бежал стюард. Ребята бросились следом. Стюард вдруг остановился, замер с поднятой рукой: он увидел в конце коридора вторую крысу! Эта крыса не удирала, а сама гналась за серой кошкой! Причем бежала она очень странно -- хвостом вперед. И кошка тоже бежала наоборот. Стюард решал сложную для себя задачу: какую из похитительниц Шара теперь преследовать? Он пропустил кошку, бежавшую хвостом вперед, и услышал приказ капитана: -- Стоп! Спокойно, стюард! Робот опустил руку. А Вегов объяснил окружающим: -- Он мог схватить вчерашнюю крысу и нарушить весь ход событий! Надо разобраться... Ловля крысы на некоторое время отменяется! -- крикнул капитан. Откуда-то вынырнул запыхавшийся король: -- Какой приз за пойманную крысу? -- Возвращение домой! -- А если она сама попадется? -- продолжал, улыбаясь, король. -- Как это согласуется с вашим распоряжением? -- Я отменю свое распоряжение, -- сказал капитан и тотчас забыл все распоряжения. В тот же момент двойники экипажа и пассажиров "Виктории" исчезли. Искривленное черной дырой пространство разомкнулось, разъединив земные корабли, и внезапно превратилось во время, текущее в обратном направлении. Объяснить смысл этого почти невозможно, потому что на Земле таких явлений не происходит. Представьте только на минуту ощущения шофера, ведущего машину, который на полном ходу вдруг обнаружил, что его машина движется не вперед, а назад, что шоссе превратилось в течение времени, а время -- в убегающее полотно шоссе... Рассказ такого шофера вызовет лишь недоумение. Но пассажиры корабля не заметили важной перемены. Никто из них не вспомнил о двойниках, которых видел только что. Когда время идет от настоящего к прошлому, все происходящие события моментально улетучиваются из памяти. Время на корабле как будто шло обычно. Корабельный колокол призывал на обед. Пассажиры неожиданно для себя оказались в кают-компании, за большим круглым столом. ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ, в которой время течет вспять Обед на корабле -- самый приятный час для пассажиров. Стюарды заранее сервировали стол. Здесь были салаты, супы, дичь и рыба, фрукты и напитки, приготовленные по лучшим рецептам планет Солнечной системы. Карен начал с шоколадного мороженого. Он ел, а мороженое у него все прибавлялось. Карен внимательно оглядел горку мороженого и тотчас о нем забыл, взял вилку в правую, а нож в левую руку. Алька лениво чистила апельсин. А Мышук ел уху из серебряного котелка и рассказывал, как он отыграл в шахматы остров Тутик. Причем у самого себя... Посторонний человек наверняка не понял бы Мышука. Во-первых, король начал со своей шахматной победы и кончил описанием таблички, которую он обнаружил, войдя в свою каюту. Во-вторых, слова и фразы, которые произносил король, для земного наблюдателя звучали бы очень непривычно, потому что произносились наоборот. Например, Акьла -- значило Алька, Нерак -- Карен, натипак -- капитан, ьлорок -- сам король и так далее. Но для всех присутствующих эти слова были обыкновенными. В-третьих, обед короля кончился необычно... Он заглянул в блестящий котелок и изумленно произнес: -- Смотрите, живая рыба! Честное королевское, живая... И Мышук поднял над столом руку, в которой билась голубая форель. А потом опустил рыбу в котелок с прозрачной водой, на дне которого лежали целая картофелина, морковь, головка лука и все прочее, что полагается для приготовления ухи. Соседи по очереди заглянули в котелок. С удивлением они обнаружили, что на всех тарелках произошли странные превращения. Перед Алькой лежал целый апельсин в серебристой кожуре. В вазочке Карена покоились кусок льда, сухие сливки, щепоть сахара и какао. А жареное мясо, разрезанное на мелкие куски Олегом, превратилось в сырой бифштекс. Обед на этом закончился: роботы, пятясь, стали уносить на кухню готовые и полуготовые блюда. -- Платон, тебе не кажется, что все мы сошли с ума? -- тихо спросила Ирина Александровна капитана Вегова. -- Я не могу объяснить, в чем дело, но я испытываю необычные ощущения. Сердце у меня слева и в то же время не на месте. Сидим мы удобно, но как будто вверх ногами. Что с твоим кораблем? -- Успокойся, Ирина Александровна, с нами все в порядке. Но мир вокруг нас, можно сказать, сошел с ума, -- признался капитан старой приятельнице. -- Течение времени внезапно переменилось, и события идут в обратном направлении. -- Я ничего не понимаю в твоих звездах, -- строго произнесла биолог. -- Нельзя ли попроще? Разве время течет? -- Время, конечно, не движется, это привычное сочетание слов, -- согласился Вегов. -- Я ведь сказал, что космос изменил ход событий в обратном направлении. Мне трудно объяснить, приходится напрягать память, чтобы не забыть, о чем я говорю... Представь, что киномеханик перепутал и запустил ленту с конца, а лента эта про нас. Таким "механиком" оказалась черная дыра. Вот посмотри... Капитан подвел гостью к бильярдному столу и взмахнул кием над пустым столом. Пятнадцать шаров выскочили из луз, прокатились по зеленому сукну и образовали в центре стола ровный треугольник, оттолкнув кий в руки резко выпрямившегося капитана. При этом не было слышно никаких ударов, потому что звуки возвратились к шарам и кию. -- Я не собиралась играть в бильярд! -- фыркнула Ирина Александровна. -- Это лишь классический пример события в обратном направлении времени, -- объяснил Вегов. -- Но мне должны дать научные подтверждения. И он рассказал, что сейчас телескоп корабля отыскивает в незнакомом космосе галактики, известные людям многие столетия. На снимках, сделанных в земных условиях, отчетливо виден красный след летящих звезд: эти галактики с огромной скоростью удаляются от Земли. Если же на снимках "Виктории" будет не красный, а голубой след, значит, галактики как бы приближаются к кораблю, точнее, галактики движутся в том же направлении, а "Виктория" -- в обратном. -- А я приготовил всем сюрприз! -- объявил во всеуслышание Мышук. -- Хочу признаться, друзья, что я тоже лечу на Родительский День. В корабле из Конечного космоса летит мой сын. Я постарался сделать так, чтобы не только эта встреча, но и наше возвращение домой были благополучны. Представьте себе, я добыл пропавший Шар Пути!.. И сияющий король вынул из кармана невредимый Шар, положил его на стол. Все замерли, а Карен вскочил, уставился на Шар. Серая кошка, дремавшая до сих пор в кресле, беспокойно подняла голову. Король хлопнул в ладоши, и Исиль внес в зал клетку с крысой, поставил перед королем. Крыса металась за толстыми прутьями, поглядывая на людей красными глазами. Король поклонился. Раздались аплодисменты. -- Вы спросите, как я ее поймал? -- торжествовал Мышук. -- Очень просто: на кусок сала с веревкой. Древнейший способ охоты на Тутике. Крыса попалась в ловушку вместе с Шаром. Король распахнул дверцу клетки, схватил крысу за хвост. Крыса висела мордой вниз и кривлялась. Король знал, что надо делать с пойманной крысой, но сейчас он почему-то отпустил крысу и сквозь усы тоненько крикнул: "Мяу!" Крыса шлепнулась на стол, схватила Шар, прыгнула на пол и улизнула в открытую дверь. Но серая Мись совершила невероятный прыжок с кресла и опередила похитительницу. Бежали они хвостами вперед. -- Зачем вы это сделали? -- крикнул Карен королю. -- Зачем отпустили? Эх вы, крысолов! Король удивленно взглянул на мальчика, пожал плечами. Он демонстрировал древний способ охоты на кусок сала, подвешенный на веревке в клетке. Потом Исиль унес пустую клетку. Появился стюард и спокойным голосом пригласил всех обедать. Зазвучал колокол. Роботы накрывали на стол. ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ, в которой все встает на свои места -- Это уже слишком -- обедать второй раз! -- развела руками биолог. -- А я почему-то проголодался! -- весело сказал капитан. -- Подожди, Ирина Александровна. Время течет... И течет в привычном направлении. Вегов указал на экран. Там было два снимка одной и той же галактики. Снимок с голубым следом движения звезд, объяснил капитан, сделан полчаса назад, а с привычным красным -- минуту назад. Красный след означал, что пространство и время, в котором летела сейчас "Виктория", мир внутри самого корабля снова стали по-земному привычными. -- Стрела времени, -- тихо сказал Вегов штурману, -- вновь нацелена в наше будущее. Скоро начнется облет дыры... Капитан пригласил всех к столу. Обедали пассажиры с аппетитом, весело и шумно, вспоминая события прошедшего странного часа. Один Карен мрачно поглядывал на Мышука. Капитан встал из-за стола и, проходя мимо бильярда, не удержался, ловко разбил кием треугольник шаров. Хотя капитан редко играл в бильярд, все пятнадцать шаров брызнули в разные стороны и угодили в лузы. -- Я буду учиться у вас играть в бильярд, -- согласилась биолог. -- Ну что вы, такое везение бывает раз в сто лет, -- улыбнулся капитан. -- Не грусти, -- сказал он Карену. -- Я подозреваю, что наш уважаемый король в самом деле нашел Шар Пути. -- Честное королевское, -- закричал Мышук, -- я ее поймал перед самым обедом! Король полез в карман и достал Шар Пути. -- Вот он! -- произнесла в тишине Алька. Король вручил Шар капитану. Все вскочили, зааплодировали. Король поклонился. В это время распахнулась дверь, Исиль внес клетку с пойманной крысой. -- Что я говорил! -- ликовал Мышук. Но никто не заинтересовался пленницей. Лишь кошка подошла к клетке, фыркнула и отвернулась. -- Извините, я не понял, что вы ненарочно, что все было наоборот, -- сказал Карен Мышуку. -- Вы здорово выручили меня... Вы настоящий король! -- Удачливый охотник, -- улыбнулся Мышук. -- Значит, можно готовиться к Родительскому Дню? -- выпалила Алька. Вегов взглянул на свой хронометр, объявил: -- Прошу всех к экранам. Вы увидите своих близких. Правда, пока что по телевидению. Но "Альфа" недалеко, она следует за нами! -- Ура! -- крикнули ребята. -- А скоро? Скоро все это? -- Скоро, -- сказал капитан, и лицо его стало строгим. -- Вы, как и ваши родители, увидите передачу с Земли. Прошу вас: запоминайте все! Людей, которые промелькнут на экране, вам не придется встретить никогда. -- Почему? -- Пройдут роковые полчаса, -- пробормотал король, -- и мы будем сжаты в точку? Так, капитан? Вегов повернулся к нему. -- Я не объявлял о посадке в черную дыру!.. Но пока мы будем облетать ее за полчаса или час, на Земле случатся важные события. -- Капитан оглядел притихших спутников. -- Возможно там пройдут сотни лет, тысячелетия... Я еще не знаю точно. Объявлю позже... Взволнованные и печальные, не понимая еще, какое будущее ждет их, возвращались пассажиры в каюты. ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ, в которой проходят тысячелетия Земля знала все. Земля держала прямую связь с "Викторией" и "Альфой". Впервые космические корабли были у порога черной дыры. Ученые Земли рассчитали траекторию полета двух кораблей, и ответ был тот же: "Виктории" и "Альфе" удастся вырваться из плена притяжения, включив на всю мощность свои двигатели. Момент этот был определен. Но чем ближе подлетали "Виктория" и "Альфа" к дыре, тем больше отличались наблюдения земных диспетчеров и команд кораблей. Противоположное течение времени было сразу же разгадано учеными Земли, и как ни казались нелепыми поступки и речь пассажиров, они были вполне естественны в этих необычных условиях. Дальше все было сложнее... Сигналы с "Виктории" и "Альфы" поступали на планету около трех тысяч лет. Их принимали десятки поколений диспетчеров. Сигналы из космоса приходили с большим опозданием, а самые последние не достигли Земли. Это значило, что корабли почти вплотную приблизились к мертвой звезде и их сигналы, как и свет далеких звезд, метеоры, газовые облака, провалились в дыру. Позже, когда корабли ушли в открытый космос, связь возобновилась. Три тысячелетия диспетчеры видели на экранах одни и те же лица пассажиров и команд. Этих людей можно было бы назвать бессмертными с точки зрения землян, но бессмертия, как известно, нет Люди в кораблях ничуть не менялись потому, что их время бесконечно замедлилось и растянулось, почти остановилось, и они прожили там всего несколько часов. Но за эти часы пассажиры "Виктории" и "Альфы" узнали о Вселенной больше, чем многие поколения землян. Планета с нетерпением ждала возвращения из космоса старинных кораблей. Первые минуты сеанса связи были очень радостными: ребята увидели родителей, а родители -- своих детей. Родительский День начался! Во весь экран -- такие знакомые, близкие лица, глаза, улыбки Град вопросов и ответов впопад и невпопад Несколько минут потребовалось для того, чтобы убедиться: в Ближнем и Конечном космосе целый год прошел нормально, все живы и здоровы, дети немного выросли, поумнели, повзрослели, у каждого из них свои успехи. -- А когда мы наконец будем вместе? -- строго спросила Алька свою мать. -- Не знаю, -- ответила астроном Фролова. -- Надеюсь, через несколько часов. Ты меня понимаешь? -- Понимаю... -- Сейчас не это самое существенное, Алька, -- улыбнулась мать, заметив, как Алька прикусила губу. -- Мы отключаемся от вас, но следуем за вами. Смотри Землю и все запоминай. Ты проживешь самые важные минуты в своей жизни. -- Ты хочешь сказать, что я никогда больше не увижу наш класс? -- почти вскрикнула Алька. -- И Наташу, и Верочку, и Кирку Селезневу? -- Ты их увидишь? -- ответила Фролова, и твердые складки обозначились в углах ее губ. -- Они проживут счастливую жизнь, как и все, кого мы знаем. Главное -- не забыть их... Космос дает свои уроки. Постарайся понять их, хотя у тебя и каникулы. -- Постараюсь... -- всхлипнула Алька. -- Ты увидишь прошлое и будущее почти одновременно. Не бойся, моя девочка. Выше нос, улыбнись Земле! И "Альфа" отключилась от "Виктории". Теперь они сидели втроем в креслах -- Алька, Олег, Карен. Совсем рядом, плечом к плечу. И не отрываясь смотрели на экран. Пап замер за спинами ребят. -- Говорит Земля! Говорит Земля! -- раздался громкий дикторский голос. -- Смотрите и слушайте нас, "Виктория" и "Альфа"! Знакомый с детства глобус Земли медленно вращается перед глазами, показывая проступающие сквозь облака материки и океаны. Глобус окружен бездонным космосом с неподвижными звездами, и в уголке экрана вспыхивает дата этой необычной передачи с Земли -- середина третьего тысячелетия. Меньше секунды светится дата на экране, а дальше числа начинают стремительно увеличиваться, и глаз не успевает фиксировать их быстрый бег. Голоса больше не слышно, радист "Виктории" отключил его, потому что все звуки слились в непривычное гудение. Кадры, которые показывал экран, можно было назвать мгновенными фотографиями. Они мелькали очень быстро, требовали предельного внимания. Сначала ребята увидели классную комнату со взрослыми людьми за партами, которые махали в объектив руками. Конечно, ни Наташу, ни Верочку, ни Кирку Селезневу в этой группе взрослых, собравшихся по традиции в своем классе, Алька не нашла, но почти одновременно с мальчишками узнала седого веселого старика и огорчилась: неужели это Николай Семенович Лукин, директор их школы? Только сейчас, увидев Николая Семеновича на кафедре, в мантии почетного академика старейшей в Европе академии, поняли ребята, что детство, школа, одноклассники безвозвратно ушли в прошлое. Но они еще не осознали, что кадры на экране настоящие, кадры из жизни, а не из фильма, не почувствовали глубоко и остро, как ценна каждая минута в быстротекущей жизни человека. Минута -- и начались прожитые людьми годы, десятилетия, столетия. Ребята и штурман смотрели эти кадры с вниманием и волнением. Они наблюдали города будущего, устремленные под самые облака или опущенные на океанское дно, и жителей тех городов в непривычной, часто меняющейся одежде, в зависимости от того, где были эти люди: в рабочих помещениях или квартирах, в транспорте или на отдыхе. Все было интересно, словно ты сам ходил по многоярусным мостам или летал как птица с вышины одного зеленого дерева на другое... Вознеслась на экране древняя башня, и Пап пояснил, что это восстановлена Вавилонская башня. За городом небо вспыхнуло в веселой пляске огней, создавших разные картины, и Пап высказал предположение о новейшей живописи. А многие другие многоярусные строения Пап не смог определить. Тысячи и тысячи разных лиц землян видели ребята, -- все они были прекрасны. Проходили на Земле столетия, сменялись эпохи, развивалась цивилизация, но люди помнили о потерянных в космосе кораблях. Они подбадривали попавших в беду товарищей, приветствовали их энергичными жестами, улыбались им. -- Спасибо вам! -- сказал негромко Карен, и его "спасибо" услышала с телеэкранов вся планета. Два простых слова, произнесенные десятилетним мальчиком, оторванным надолго от родной планеты, вошли во все учебники космонавтики. Это и был последний сигнал с "Виктории", принятый Землей перед возвращением кораблей. ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ, в которой будущее продолжает прошлое И все же каждый из пассажиров в бесконечных кадрах выбирал то, что было дорого ему. И каждый переживал увиденное по-своему. Полчаса тянулись очень медленно. Казалось, что воздух в каюте стал вязким и текучим, словно жидкость, и отгородил зрителей одного от другого. Сгустилась темнота, и раздвинулись стены... ...Олег сидел на деревянном табурете в каменном подвале, под тяжелыми низкими сводами, а перед ним был старый мастер с бородой, в богатой одежде и бархатной шапочке. На фоне распахнутого окна, из которого лился солнечный свет, старик был очень живописен. "Я давно жду тебя, человек будущего, -- медленно и спокойно говорил старик Олегу, -- и представлял тебя именно юношей. Кому, как не юности, передают люди нажитую мудрость? Подойди ко мне". Олег сделал несколько шагов и оказался перед мольбертом. Мастер был рядом. "Я открыл силу человеческого сердца, аппаратов воздухоплавания и бронированных колесниц, укрепленных фортов и крепостей, подводных кораблей и приземляемых систем -- многое из того, что века спустя может пригодиться людям, но сам себя я считаю прежде всего художником. Смотри". И он открыл холст. Таинственное лицо женщины смотрело на Олега. Мальчик замер перед знаменитым портретом. Улыбка Джоконды тянула его к себе. "Я очень хочу стать художником, -- с трудом шевеля губами, сказал Олег. -- Но никогда не буду таким великим, как вы". "Люди исследовали состав моих красок, -- услышал он тяжелый голос художника, -- не понимая, как можно обычными мазками передать саму жизнь. А секрет прост: запомни навсегда любимого человека и постарайся рассказать о нем другим..." Темнота сгустилась, и Олег, напрягая зрение, с трудом различал застывшую навечно улыбку портрета... Карен очутился в палатке. Загорелый до черноты человек в одних трусах стоял перед ним и весело спрашивал: "А где Прилипала?" Карен пожал плечами, не понимая, что с ним произошло. За стеной палатки что-то грозно вздыхало, и по равномерному шуму мальчик понял, что это море. "Как же так! -- взмахнул руками веселый человек. -- Именно тебя, мальчик будущего, и должна увидеть моя Прилипала... А то она не поверит, что космос освоен людьми как собственный дом!.." Человек улыбнулся, и лицо его стало озорным, очень знакомым. Карен даже попятился: неужели первый космонавт?! "Понимаешь, -- азартно говорил человек, жестом усаживая Карена прямо на пол и садясь по-турецки возле него. -- Прилипала потому и Прилипала, что от нее ни минуты нет покоя. В море она мне мешает плавать, в мертвый час закидывает вопросами, а про космос не верит: хочет увидеть сама. Очень вредная Прилипала!" "Я готов рассказать о Ближнем и Дальнем космосе, -- сказал чуть удивленный Карен. -- А кто же она -- Прилипала?" "Да моя младшая дочь! И знаешь, я с ней полностью согласен: прежде все нужно увидеть и прочувствовать самому. Тогда тебе поверят. Ну, идем искать Прилипалу?" Они вышли из палатки на берег... Как вдруг набежавшая волна подхватила Карена, вернула в привычный космос... Алька сидела на корточках посреди раскаленной пустыни и чертила на песке длинную формулу. Солнце било в песок, блеск жег глаза, но Алька боялась поднять голову. Она слушала знакомый голос отца. "Плюс здесь более логичен, чем минус. И увенчать надо все бесконечностью. Понимаешь меня, Алька? Что значат твои сегодняшние труды? Ты прошла со мной много километров по пустыне, мы оба чертовски устали, хотим есть и пить, почти дымится на солнце наша дубленая шкура, но мы не сдаемся. Впереди -- ориентир, мерцающий огонек. Может, это наш дом, или звезда, или просто обман зрения, -- мы идем дальше, потому что там, впереди, нас с тобой ждут. А понимаешь, Аленок, что это значит, когда ждут? Ничего не страшно вокруг! Можно сделать все невозможное. Это и значит счастье -- счастье жить!" Алька резко подняла голову. И не увидела ничего, кроме бесконечного блеска. Тогда легким взмахом руки она стерла на песке только что открытую формулу счастья... Пап бежал по отлогому берегу океана. Был прилив, и шипящая пена настигала, почти касалась его ног. Пап бежал очень быстро, опережая волну. А навстречу ему бежала светловолосая девушка. Пап задыхался от бега. Он не знал точно, кто она. Девушка была еще очень далеко. И он напрягал все силы, чтобы поспеть к ней раньше упругой волны... Штурман открыл глаза, осмотрелся. Двое мальчишек и девчонка на месте, в своих креслах. Клюют носом, трут кулаком глаза. На стенах -- полотна знаменитых художников, портреты покорителей космоса и далеких планет. Ребята, наверное, утомились, забылись в коротком сне. И он, штурман, не выдержал напряжения, на минуту сомкнул веки. Но кто же пригрезился ему? Кто эта девушка, так напоминавшая его рано умершую мать? В иллюминаторе совсем близко штурман видел светлый круг, венчавший космическую дыру. Пап упрямо тряхнул рыжей головой: прошлого ни за что не вернешь, даже в обратном течении времени. Это ясно и ребенку! И вдруг тишину прорезал жаркий шепот. Пап обернулся: кто это? И увидел Альку. Алло, алло, планета Земля, Космический всем привет! Нас разделила пространства петля -- Дорога в тысячу лет! Алло, алло, планета Земля! Ты стала совсем другой... Но мы возвращаемся! Сталь корабля Вступает с разлукой в бой!.. ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ, в которой прошлое уходит безвозвратно Король сидел у зеркала и стриг усы тупыми ножницами. Ножницы лязгали, король морщился. Он не смотрел на телеэкран: теперь на Земле, как догадался король, не осталось ни одного королевства. Даже на самом заброшенном острове. Еще полчаса назад Мышук был счастлив, когда рассказывал сыну о приключениях. Он гордился собой: в немолодые-то годы отправиться на самый край космоса... Да, он увидел сына! Астрофизик Мышук-младший, который провел среди звезд двадцать земных лет, рассказал о своих наблюдениях. Есть туманности и галактики, существующие миллиарды лет, а есть звезды-младенцы, всего в миллион лет. Но нигде нет галактик старше двадцати миллиардов лет. А что было со Вселенной раньше? Как появились первые звезды? Взрыв или сжатие материи образует новые миры -- вот что волновало астрофизика! -- И ты выяснил? -- нетерпеливо спросил король сына. Ученый развел руками. -- На этот вопрос нельзя ответить только "да" или "нет". Я хочу открыть очень сложный закон. -- А кому он понадобится, если мы вернемся домой через три тысячи лет? -- придрался Мышук к сыну. Тот усмехнулся: -- Что ж, люди получат еще один устаревший закон. -- Тебе хорошо, ты опять удерешь в космос, -- ворчал король. -- А что буду делать я? -- Ты? Ты будешь рассказывать детям сказки. -- Сказки... -- Король дернул себя за усы. -- Так, значит, это правда, что мы вернемся на совсем новую Землю? -- Правда! -- Как ты думаешь, -- с беспокойством спросил Мышук, -- может, мне немного подстричься? А то уж слишком я старомоден. -- Я как раз думал об этом, -- улыбнулся сын. -- Я -- за! -- Мы вместе высадимся на Землю? -- уточнил король. -- Вместе. Король взял ножницы... Когда на верхней губе осталась щепоть волос, Мышук отбросил ножницы и взглянул в зеркало. Он не узнал себя. Из зеркала выглядывало голое лицо. -- Ну вот, я больше не король, -- сказал он и смахнул пальцем слезу. Он мог еще позволить себе такую королевскую шутку -- пожалеть себя, пустить слезу. -- Исиль! -- закричал король во весь голос, и тот сразу явился. -- Ты узнаешь меня? Исиль покачал головой. -- Это я -- твой дядя Мышук, -- король огорченно вздохнул. -- Я разрешаю тебе говорить! -- Голос как будто ваш, -- сказал неуверенно Исиль. -- И сапоги... -- Все! -- король снял с себя сапоги. -- С прошлым покончено! Это была предпоследняя наша шутка... Тащи чемодан, Исиль! Исиль принес чемодан. -- А теперь, -- торжественно сказал Мышук, -- я дам для всех последний королевский бал. -- И он откинул крышку. Чемодан был доверху наполнен живыми цветами с Ту тика. ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ, в которой встречаются корабли Приглашение, которое разнес по каютам "Виктории" улыбающийся Исиль, всех п
Категория: Литература | Добавил: Halk (25.03.2011)
Просмотров: 289 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Поиск
Ваша реклама
Copyright MyCorp © 2016
Бесплатный хостинг uCoz