В исходе 1612 года юный Михаил Феодорович Романов, последняя отрасль Руриковой династии, скрывался в Костромской области.
В то время Москву занимали поляки:сии пришельцы хотели утвердить на российском престоле царевича Владислава, сына короля их Сигизмунда III.
Один отряд проникнул в костромские пределы и искал захватить Михаила. Вблизи от его убежища враги схватили Ивана Сусанина,
жителя села Домнина, и требовали, чтобы он тайно провел их к жилищу будущего венценосца России.
Как верный сын отечества, Сусанин захотел лучше погибнуть, нежели предательством спасти жизнь. Он повел поляков в противную сторону и известил Михаила об опасности:
бывшие с ним успели увезти его. Раздраженные поляки убили Сусанина. По восшествии на престол Михаила Феодоровича (в 1613)
потомству Сусанина дана была жалованная грамота на участок земли при селе Домнине; ее подтверждали и последующие государи. 

Положил в котомку
 сыр, печенье,
Положил для роскоши миндаль.

В. Белову
Тихая моя родина!
Ивы, река, соловьи...
Мать моя здесь похоронена
В детские годы мои.

Слава тебе, поднебесный
Радостный краткий покой!
Солнечный блеск твой чудесный
С нашей играет рекой,

КОНЬ НА КРЫШЕ 
 Я выехал в Россию верхом на коне. Дело было зимою. Шел снег.
 Конь устал и начал спотыкаться. Мне сильно хотелось спать. Я чуть не
падал с седла от усталости. Но напрасно искал я ночлега: на пути не по-
палось мне ни одной деревушки. Что было делать?

Последняя туча рассеянной бури!
Одна ты несешься по ясной лазури,
Одна ты наводишь унылую тень,

Царь с царицею простился,
В путь-дорогу снарядился,
И царица у окна
Села ждать его одна.

 Птичка божия не знает
 Ни заботы, ни труда;
 Хлопотливо не свивает
 Долговечного гнезда;
 В долгу ночь на ветке дремлет;
 Солнце красное взойдет,
 Птичка гласу бога внемлет,
 Встрепенется и поет.
 

В чужбине свято наблюдаю
Родной обычай старины:
На волю птичку выпускаю
При светлом празднике весны.
Я стал доступен утешенью;
За что на бога мне роптать,
Когда хоть одному творенью
Я мог свободу даровать!

Подруга дней моих суровых,
Голубка дряхлая моя!
Одна в глуши лесов сосновых
Давно, давно ты ждешь меня.